Леонард был готов ехать. Маллиган схватил свою шляпу и куртку. Газетчики встали с места и двинулись к Тому.

– Том может уйти? – спросил Бен.

При этом вопросе Маллиган закатил глаза.

– Коул, он пришел сюда на своих двоих и может убираться отсюда тем же манером. Слышишь, Харрис?

– Том, просто уйди отсюда. Ты не должен ни с кем разговаривать.

– Ты готов, Коул? – прорычат Маллиган. – Давай! Пошевеливайся!

Бену все это крайне не нравилось, но приказ есть приказ. Он направился к задней двери.

Маллиган дотронулся до шляпы, прощаясь с Джоном Зиглером и фоторепортером.

– Чувствуйте себя как дома. Мы вернемся примерно через час, и я сделаю вам заявление.

– Я позвоню тебе, – сказал Бен Тому и последовал за Маллиганом и Леонардом.

По пути к машине Маллигап раздраженно проворчал через плечо:

– Я не намерен оставлять тебя здесь с этим твоим дружком-христианином. Если ты служишь в полиции, изволь работать и изволь выполнять мои приказы без всяких вопросов. Нам не нужны тут церковные собрания с участием двух религиозных фанатиков, сэр!

Том вернулся в кабинет Маллигана за курткой и снопа вышел в приемную.

Прямо перед ним стоял Джон Зиглер, преграждая ему путь.

– Прошу прощения, – сказал Том, пытаясь обойти репортера.

Джон не отступался от намерения поговорить.

– Джон Зиглер, газета «Хэмптон Каунтп Стар».

– Да, я видел вас у себя дома, – резко сказал Том.

– Мистер Харрис, что вы можете ответить на эти заявления?

– Какие заявления? Я даже не понимаю, что происходит!

– Как вы считаете, это повредит церковной школе?

– Не знаю.

– Вы отрицаете факт жестокого обращения с детьми в школе?

Том застыл на месте. Этот вопрос поверг его в смятение. Зиглер тут же воспользовался этим.

– Вы отвергаете обвинения?

– Мне неизвестно ни о каких обвинениях.

Зиглер быстро записал его слова.